С дальнобойщиков решили брать еще больше денег

С дальнобойщиков решили брать ещё больше денег

С дальнобойщиков решили брать еще больше денег

avtovzglyad.ru Mar 22, 2018 12:00 PM

Власти подтвердили реальность повышения стоимости проезда большегрузов по федеральным трассам уже летом текущего года. Ползучее подорожание стоимости автомобильных перевозок отыграется на ценах в магазинах.

С дальнобойщиков решили брать еще больше денег.

С 1 июля 2018 года ставка тарифа для дальнобойщиков за проезд по федеральным трассам будет повышена с 1,9 рубля до 2,15 рублей за один километр пути, а а с 1 июля 2019 года — до 2,24 ₽/км.

Это подтвердил Министр транспорта РФ Максим Соколов в ходе прошедшего в Сочи Российского инвестиционного форума.

Обратите внимание

Напомним, что с ноября 2015 года на дорогах России функционирует система «Платон», собирающая деньги с владельцев грузовых автомобилей массой свыше 12 тонн за вред, который они наносят федеральным трассам.

Отчитываясь об успехах внедрения «Платона» в жизнь грузоперевозчиков страны, транспортные чиновники обычно рассказывают, что количество компаний-перевозчиков, зарегистрированных в системе «Платон», постоянно растет. На середину марта 2018 года составило их количество составило 361 000, а количество самих фур — 964 000 штук.

Автомобили Тест-драйв Тест-драйв Skoda Rapid Monte Carlo: не гони, а то успеешь! Знакомимся со «спортивной» версией младшей модели чешской марки.

Они же радую нас данными, что за все время работы системы, через не в дорожный фонд перечислено 43,343 млрд. Рублей. Однако, при этом скромно умалчивается, что за тот же срок оператор «Платона», то есть частная компания «РТ-Инвест Транспортные Системы» в качестве платы за свои «услуги» получила более 31 млрд.

Рублей из средств, собранных ею с дальнобойщиков. Надо сказать, что далеко не всех владельцев большегрузов все это радует и сейчас. А грядущее повышение расценок «Платона» — наверняка не порадует.

В этой связи не удивляют рассказы участников этого рынка грузоперевозок о том, как водители отключают блоки «Платона», установленные на их машинах, чтобы те не накручивали плату за пройденные километры.

А владельцы автохозяйств «отдают в аренду» (на бумаге, разумеется) свои машины каким-нибудь забулдыгам из глухих деревушек и не платят «Платону». А полученные за это штрафы тоннами бумаги идут на адрес пьянчужки, за душой которого ни кола, ни двора и судебным приставам нечего с него взять.

Так что не все так радужно в этой сфере, как рассказывают отчеты чиновников. И очередное повышение тарифов «Платону» может лишь увеличить масштабы уклонения от платы за проезд по федеральным трассам.

Источник: https://www.9111.ru/publications/t280293-s-dalnoboyshchikov-reshili-brat-eshchyo-bolshe-deneg/

На что живут дальнобойщики

The Village продолжает выяснять, как устроен личный бюджет представителей разных профессий. В новом выпуске — дальнобойщик.

Представители этой профессии работают как частные предприниматели или состоят в штате транспортных компаний. Их доход часто зависит от продолжительности и дальности поездки, а также от типа машины.

Дальнобойщик, который возит грузы по всей России, рассказал, сколько он получает и на что тратит деньги.

Профессия

Дальнобойщик

30 000 рублей

ремонт у тещи

10 000 рублей

кружки ребенка

10 000 рублей

благотворительность

6 000 рублей

кафе и рестораны

4 000 рублей

коммунальные платежи

Как стать дальнобойщиком

В школе я хотел быть пожарным или космонавтом, как любой советский школьник. В 16 лет двоюродный брат посадил меня за руль «Икаруса», и я влюбился в профессию водителя. Отучился на грузовые категории, отслужил два года в Германии в ЗГВ. Вернулся из армии, купил грузовичок ЗИЛ-130 и потихоньку зарабатывал деньги. В 1994 году купил себе первую фуру.

С 2005 по 2013 год я работал в Европе, к 2013 году у меня было 13 машин. Я распродал их и купил новую фуру, на которой сейчас езжу. Самая простенькая фура сегодня стоит около 5 миллионов рублей. До кризиса 2014 года моя «голова» стоила 3,4 миллиона рублей, а прицеп — 1,3 миллиона рублей. На такие машины обязательно дается гарантия на определенный пробег.

Как стать дальнобойщиком? Нужно отучиться в автошколе и получить две категории на грузовые машины — С (грузовые) и E (прицеп). Потом устраиваться на фирму и начинать с пятитонника, постепенно дойти до фуры, которая перевозит 20 тонн. И еще нужно, чтобы здоровье позволяло.

Особенности работы

Я ИП, работаю по упрощенной системе. Вожу все грузы: машины, балки, кирпичи. Все, что можно загрузить сверху, сбоку, сзади, — все вожу.

В моем прицепе 30 ремней, могу закрепить любой груз и довезти в целости и сохранности. Не беру только скоропортящиеся грузы. Для них есть специальные прицепы, которые могут поддерживать температурный режим.

Например, рыбу из Мурманска сутки везут двое водителей — там оплата выше.

https://www.youtube.com/watch?v=Eh4M8tYeH-c

Неделю назад я вернулся с рейса — 19 дней возил реконструкцию Великой Отечественной войны. Надо было перевозить военную технику: старый уазик, немецкие 80-летние мотоциклы, деревянные макеты танков.

До этого 43 дня в паре с другим водителем мы ездили по стране с музыкальным фестивалем — собрали весь груз за три дня, загрузили в две фуры и поехали в Сочи, Новосибирск, Екатеринбург, Москву.

Каждый выходной в каком-то городе проводил.

Дальнобойщик несет полную ответственность за груз. Если ты принял его, то должен в таком же состоянии отдать клиенту. Все испорченное, украденное, сломанное оплачивает водитель.

Важно

На основании договора мы расписываемся о приеме груза, а при выгрузке составляется акт.

Если везу, допустим, шампанское и что-то разбилось, то вскрывается каждый ящик и считается количество бутылок, которые я должен возместить.

В дороге может что угодно случиться. Могут ограбить, если остановиться где-нибудь на обочине и не заехать на стоянку. Может спустить колесо, но дальнобойщики обычно помогают своим. Аварии достаточно редко случаются.

Мы не летаем: если взять распечатку прохождения маршрута в день, то средняя скорость фуры составляет 56 километров в час.

Можно заснуть за рулем, особенно если нарушать график смен и пытаться доехать из Москвы до Йошкар-Олы за сутки.

Чтобы такого не было, развлекаемся музыкой или берем попутчиков. Пьяных стараюсь не брать, потому что попадаются неадекватные. Было такое, что довозил до города какого-нибудь пассажира и высаживал: «Дружище, извини, я больше не могу слушать этот бред типа „кому на Руси жить хорошо“».

Буквально недавно я подобрал замечательных ребят, даже с ними подружился. Они инвалиды, один на коляске. Познакомились в Сети, ведут свой блог. Ехали из Перми в Москву на какой-то социальный форум. Стояли ночью на дороге, увидел их с трудом. Говорю: «Ребят, вы че?» — «Да нам машину поймать, хотя бы до города». Такие прикольные оказались.

Взял их, потом остановился, думал в туалет сбегать. А парень говорит: «Ты туда не ходи, лучше стой возле машины, хрен его знает, кто там может быть». И правда, один дальнобойщик рассказывал, как вышел в туалет, а потом три часа сидел под машиной, а вокруг волки бродили, пока другая машина не подъехала.

Мне волки и медведи не попадались, а вот лоси и кабаны часто.

Несколько лет я веду дневник дальнобойщика на YouTube. Когда купил новую машину, то решил рассказывать о своей работе: где загружаюсь, как нахожу работу и почему вообще стал дальнобойщиком.

За неделю у первой серии набралось 300 просмотров, а сейчас там уже больше полумиллиона. Когда вышла первая серия, мне написали дети из детского дома. Они написали в три часа ночи, а я спросил, почему их родители спать не укладывают.

Тогда и выяснилось. Теперь иногда езжу к ним в Челябинскую область.

Для поиска заказов есть специальные сайты, но у меня много постоянных клиентов, с которыми я сотрудничаю. Я сам выбираю себе маршруты. В день машина проходит 500 километров, это стандартная восьмичасовая смена. Потом нужно заехать на стоянку и отдохнуть — 8–12 часов вполне хватает. Сейчас я в основном работаю по Москве на короткие расстояния: так меньше затрат и больше отдачи.

Зарплата

Если работать по Москве, тебе платят минималку за восемь часов. Час стоит тысячу рублей. За диспетчерские услуги иногда отдаешь 10 %. Если выезд дальний, то к минималке прибавляется плата за километраж — 35 рублей за километр туда и обратно. Оплата за выезд может получиться и 8 тысяч, и 15 тысяч рублей, и больше. Но это грязными.

Расходов много. Через каждые 50 тысяч километров пробега нужно проходить сервисный ТО. Он стоит от 50 до 100 тысяч рублей. В год я делаю два техосмотра, потому что проезжаю от 80 до 100 тысяч километров.

Еще нужно заплатить за топливо: на 100 километров тратится 30 литров топлива, а это около тысячи рублей. Все расходы на еду и отдых уже заложены в общую сумму. Бывает какой-нибудь форс-мажор.

Например, можно колесо порвать, а новое стоит 32 тысячи рублей.

Совет

Арифметика простая. Например, если я взял загрузку Москва — Волоколамск, то заработаю на этом грязными 14 тысяч рублей. Если клиент вовремя не дозагрузит товар, то по московским ставкам клиенту выставляется «пенальти» — три часа бесплатно и 1 000 рублей за каждый час простоя. В других регионах за простой машины платят 1 000 рублей и можно простоять хоть три дня.

Плата за дороги лежит на плечах заказчика. На моих плечах лежит только груз. Не могу понять, почему дальнобойщики протестуют против системы «Платон».

Это никак не отражается на расходах грузоперевозчика — платят те, кто закупает товар. Многие думают, что продукты подорожают. Но мы брали пример: если загрузить тысячу яиц в фуру, то яйцо подорожает на четыре копейки.

И это если везти его за 500 километров! Эти четыре копейки никто и не заметит.

Если работать по Москве и никуда не выезжать, то в месяц получается зарплата 100–120 тысяч рублей «чистыми». Это пятидневка, и суббота-воскресенье дома. Если с выездами, то получается примерно так же, чуть больше — около 40 тысяч в неделю. Но пробег по Москве за месяц составляет 2 тысячи километров, а если пойти на дальние расстояния, можно за месяц и 15 тысяч километров накатать.

Расходы

У меня есть семья, две дочки — взрослая и маленькая. Супруга тоже работает, у нее хорошая должность — она учит людей бизнесу. Так что у нас получается приличный доход.

Бюджет семейный: у жены даже есть доступ на мою ИП-шку, там можно проводить все операции и мне не говорить.

Жена очень классный финансист: когда я с ней познакомился, у меня по бизнесу был долг в миллион рублей, который я за год закрыл. Я реально транжира.

В неделю мы тратим около 5 тысяч рублей на продукты. Когда нахожусь дома, передвигаюсь на общественном транспорте. У меня есть карта «Тройка», ей и обхожусь. Квартира у нас своя, за ЖКХ плачу 4 тысячи рублей. Выходные обычно проводим на даче. Могут приехать друзья, тогда обязательно шашлык и бокал вина на ужин.

Я иногда хожу по ресторанам или в кафешки. Иногда не успеваю по работе, тогда могу зайти пообедать или поужинать — 1 500 рублей спокойно оставляю. Например, сейчас почти неделю не получается дома питаться, потому что делаю у тещи ремонт. Так получилось: потолок упал в ванной, и я тружусь. Сам все делаю.

Хотели нанять компанию, но много нам насчитали. Я жене говорю: «За 200 тысяч я месяц буду пахать. Сам все сломаю и сделаю, это будет намного дешевле». Уже 30 тысяч рублей потратил. В этом году семья была на море в Болгарии четыре месяца, мы потратили около 400 тысяч рублей, хотя у нас там свое жилье.

На осень надо купить обувь, осеннюю одежду. Все сразу не покупаем, обычно постепенно: недавно жена купила четыре платья, а я толстовку. Этим жена занимается — что увидит, то купит. Ребенок вырос за лето, и тоже нужна новая одежда: сапоги, курточка, штаны.

Ребенок ходит по кружкам. В месяц уходит 5–7 тысяч рублей. А еще мы ходим на подготовку к школе: контракт на 46 тысяч рублей за восемь месяцев. Получается 6 тысяч рублей за два часа, и это на дошкольную фигню. За медицинскую страховку, которую разрабатывали специально для меня в страховой компании, плачу 96 тысяч рублей в год.

Очень хочется поехать на рыбалку. Иногда езжу в Крым весной или осенью, когда подходит обжорка — это маленькая ставридка. Можно кинуть пустые крючки и за час наловить кучу рыбы, чтобы пожарить. Просто наслаждение.

Но если придется экономить, могу не ездить отдыхать. Жена говорит: «Надо поехать». А я лучше их отправлю и буду деньги зарабатывать. А могу совместить отдых с работой. Например, когда возил реконструкцию, был в Крыму. Фуру зафрахтовали на 25 дней, а я две недели лежал на пляже.

Обратите внимание

Еще я трачу на благотворительность. Когда еду в детский дом под Челябинском, беру загрузку туда и свой гонорар отдаю — получается что-то около 100 тысяч рублей в год. Подписчики моего канала тоже приезжают в детский дом с подарками.

иллюстрации: Даша Кошкина

Источник: https://www.the-village.ru/village/business/schet/247545-dalnoboyschiki

Дальнобойщики победили, но временно

Политические последствия введения системы «Платон» могут быть серьезнее экономических…

Всероссийская акция протеста дальнобойщиков, направленная против взимания платы за проезд большегрузных автомобилей, принесла первые плоды.

Минтранс совместно с депутатами Госдумы готовит поправки в КоАП, радикально снижающие размеры штрафов за невыплату нового налога. Ожидается, что они будут приняты уже в декабре. А пока дано неформальное распоряжение не штрафовать водителей.

Согласно первоначальным правилам, суммы штрафов для юридических лиц достигали 1 млн рублей за повторное нарушение.

Система сбора платы за проезд большегрузных (свыше 12 тонн) автомобилей по федеральным трассам, получившая название «Платон», начала работать в России с 15 ноября. До конца февраля 2016 года тариф за один пройденный километр (порожняком или нет, неважно) составляет 1,53 рубля.

С 1 марта будущего года он будет зафиксирован на уровне 3,06 рубля. Это позволит собирать за год до 40 млрд рублей. Проект рассчитан на 13 лет. Предполагается, что собранные средства будут идти на ремонт дорожного покрытия, наибольший ущерб которому наносят именно тяжелые фуры.

По данным Росавтодора, в первые пять дней работы «Платона» было собрано около 200 млн рублей. При том, что работа системы вызывает у водителей большие нарекания. Водители называют ее «лохотроном». «Мне многие водители знакомые рассказывали, что они установили эту аппаратуру, деньги на счет положили.

Не успели с места тронуться, как деньги уже списали. У одного 9 тысяч рублей, у другого — 15, у третьего — 10 и так далее», — жалуется дальнобойщик Саид из Дагестана. Одним из объяснений некорректной работы системы является хакерская атака, которая случилась в первые дни.

Тем не менее, у водителей имеются и более глубокие претензии к проекту.

Дальнобойщики удивлены, тем, что государство решило брать с них на ремонт дорог еще один дополнительный сбор. Дело в том, что они и так уже платят повышенный транспортный налог.

Важно

Кроме того, специальный акциз взимается со стоимости дизельного топлива, которое используют фуры. В нововведении они видят административный произвол. Используя неоспоримые возможности принуждения, чиновники буквально загоняют их в новые условия работы, не очень-то беспокоясь об интересах перевозчиков.

Читайте также:  Опель астра j замена лампы стоп сигнала

На данный момент в системе «Платон» зарегистрированы более 600 тысяч автомобилей, что составляет около 60 процентов от общего числа машин массой свыше 12 тонн по всей стране. Все они будут платить.

Большинство дальнобойщиков оценивает новый налог как фатальный для их бизнеса. Напомним, львиная доля их работает как индивидуальные предприниматели, и лишь незначительная часть трудится в составе транспортных компаний. Во многих регионах страны это редкая возможность для мужчин иметь достойный заработок, пусть и за тяжелый труд.

Необходимость платить дополнительно десятки тысяч рублей нового сбора приведет, по их словам, к разорению и созданию в стране нескольких крупных транспортных монополий. Невеселое будущее и вывело водителей на акцию протеста, которая стала, пожалуй, самой масштабной со времен протеста против монетизации льгот в середине 2000-х годов.

Протесты по всей России

География протеста впечатляет. Десятки регионов, от Мурманска до городов Северного Кавказа и от Петербурга до Владивостока — повсюду дальнобойщики вышли на трассы, требуя отменить «Платон».

Самым популярным способом протеста стала, так называемая «Улитка», когда вереница фур, растянувшись на километры, медленно двигается по трассе, не нарушая правила дорожного движения, но создавая при этом огромную пробку.

Кое-где водители были более радикальны и полностью перекрыли дороги.

В Тверской области не обошлось без трагедии. В группу стоявших у обочины водителей врезался большегрузный «МАЗ», который выехал на встречку. Трое протестующих погибли.

Если бы не расторопность офицера ГИБДД, который успел оттолкнуть несколько человек, жертв было бы больше. Росавтодор поспешил использовать инцидент и обратился в органы с просьбой проверить организаторов акции. Самой крупной была акция в Дагестане.

В ней приняли участие сотни человек. Глава местного ГИБДД, как не пытался, не смог убедить собравшихся разойтись.

Совет

Несмотря на размах и серьезность протестных акций, реакция чиновников была, скорее, стандартной для подобных случаев. Ответственные лица преуменьшали масштаб происходящего и давали понять, что требования водителей — неслыханная дерзость.

В Росавтодоре подчеркнули, что взимание платы за проезд фур было принято еще 4 года назад, а правомерность запуска системы «Платон» закреплена на законодательном уровне. «В проекте бюджета Российской Федерации на 2016 год заложены прогнозные сборы с „12-тонников» в размере около 40 млрд рублей, которые будут инвестированы в дорожное хозяйство страны.

Добиться пересмотра того, что уже запущено в работу… организаторам забастовок не удастся», — говорится в заявлении ведомства.

В свою очередь глава Минтраса РФ Максим Соколов объяснил философию нового дорожного сбора. «Тот, кто наносит вред дороге, тот и должен его компенсировать, — сказал министр и сослался на опыт Белоруссии.

Он сравнил дорожную систему с РЖД и посетовал, что «грузоотправители и водители большегрузных автомобилей фактически бесплатно перевозят эти грузы по линейной инфраструктуре России». «Хотя вся другая линейная инфраструктура, в том числе железнодорожная, у нас платная.

Поэтому должен реализовываться принцип «пользователь платит», — считает Соколов.

В Кремле не стали комментировать происходящее, заявив, что это компетенция правительства. При этом наблюдатели обращают внимание, что забастовка водителей практически никак не освещается в федеральных СМИ, а аккаунт «Первого канала» в соцсетях даже банит тех, кто пытается поднять эту тему.

Ходорковский обвинил власти

Помимо чисто экономического у происходящего есть и политический аспект. Протестами, да еще и столь широкими, не замедлила воспользоваться либеральная оппозиция. Так, спонсируемая Михаилом Ходорковским «Открытая Россия» опубликовала заявление, котором обвинила власть в том, что она взваливает ответственность за собственную политику на плечи рядовых граждан.

«Обычно власть именует протестующих пятой колонной и обвиняет во всем печеньки Госдепа, но сейчас вышла незадача, — пишут авторы текста. — Протестуют самые обычные россияне, узнающие новости о пятой колонне от Дмитрия Киселева по воскресеньям.

Это люди, которые поддержали присоединение Крыма и которых опросы „Левада-Центра» причисляют к 86 (точнее, уже к 89,9) процентам. Это люди, которые просто трудились на тяжелой работе, чтобы кормить своих детей. Но власти нужно кормить Ротенбергов».

Обратите внимание

В этом либералы и видят корень проблемы. Дело в том, что оператором проекта «Платон» без всякого, как утверждают, конкурса, была назначена компания «РТ-Инвест Транспортные системы», владельцем которой является Игорь Ротенберг, сын близкого к Кремлю бизнесмена Аркадия Ротенберга.

Вряд ли дальнобойщики знали раньше о том, кто такой Ротенберг, но теперь им доходчиво объяснили.

В результате, если в новой форме финансирования ремонта и строительства российских дорог и есть какой-то смысл, то защищать, отстаивать его властям будет очень непросто.

Заметный интерес «приближенных» бизнесменов не позволит это делать убедительно. На любые разумные доводы будет следовать вопрос про Ротенберга. И не так уж важно, что на него указал небезгрешный Ходорковский. Ощущение несправедливости от нововведения будет таким же сильным, как и от неправедной приватизации.

Можно, конечно, это игнорировать, сломать дальнобойщиков через колено. Однако осадок, что называется, останется. А накопившееся разочарование рано или поздно даст о себе знать.

Сергей Аксенов

Источник: https://www.discred.ru/news/dalnobojshhiki_pobedili_no_vremenno/2015-11-22-17221

Готовим за проезд

В некоторые регионы дальнобойщики уже отказываются ехать. В криминальном рейтинге лидирует Челябинская область. «Челяба» по-башкирски означает «яма», и сегодня своему названию местность вполне соответствует. Регион, чье благополучие зиждется на металлургии и тяжелой промышленности, пострадал от кризиса больше других.

В некоторых районах области безработица зашкаливает за 20%. Вчерашние металлурги берут в руки оружие и выходят на большую дорогу. Пока это разрозненные банды, но если их вовремя не задавить, то уже через несколько месяцев на Урале окрепнут мощные ОПГ, бороться с которыми придется годами.

К такому выводу пришел корреспондент «РР», прокатившись с дальнобойщиками по челябинским дорогам

Тонированная «десятка» появляется практически из ниоткуда и мгновенно подрезает фуру Рината, вынуждая остановиться. Из нее выходят два парня в кожаных куртках. Сколько еще человек в машине, из-за тонировки не видно.

— Здорово, мужики! — обращается к Ринату невысокий крепыш в серой кепке. В его голосе слышны нотки бандитской иронии. — Мы тут за порядочком следим. Чтобы у вас все ровненько и спокойненько было. А за порядочек нужно платить денежки.

— Сколько? — мрачнеет Ринат. Дальнобойщик решил сэкономить и сунулся в Челябинск без сопровождения. На этот раз не прокатило.

— Три тысячи спасут отца русской демократии, — шутит в ответ крепыш.

В обмен на деньги Ринат получает визитку, на которой красуется надпись «Славянский союз “Справедливость”»:

— Если кто еще подкатит, покажешь и скажешь, что уже платил.

«Десятка» разворачивается и удаляется в сторону поста ГИБДД. Он примерно в пятистах метрах.

— Суки! — Ринат адресует это ругательство не грабителям. — Сделали вид, что ничего не заметили.

Слышать это от человека, который, до того как сесть за баранку большегруза, пять лет проработал в ГАИ Новосибирска, несколько неожиданно.

Криминогенная ситуация на южноуральских дорогах начала ухудшаться прошлой осенью. Последние несколько месяцев многие дальнобойщики вообще отказываются от рейсов в Челябинск, остальные предпочитают объезжать его через Екатеринбург.

Важно

Таким образом они удлиняют маршрут на 500 километров, но жизнь дороже сэкономленного бензина. Самое удивительное, что дорожное вымогательство процветает даже не столько в области, сколько в самом областном центре, по которому проходит федеральная трасса.

По официальным данным, озвученным местным ГУВД, в городе действуют до 15 устойчивых преступных групп, специализирующихся на грабежах на дорогах. Сами дальнобойщики считают, что их еще больше.

За отказ платить бандиты бьют водителей, протыкают колеса автомобилей, разбивают фары и лобовые стекла. Несколько раз дело доходило до стрельбы. Правда, обошлось без жертв. Пока.

— Сложный у нас город, — объясняет руководитель клуба взаимопомощи дальнобойщиков Кирилл Карташков. — Зон вокруг много.

А сейчас как раз начали освобождаться те, кто сел в середине 90-х, когда милиция начала давить криминал. Ничего другого они не умеют. Вот и выходят на трассу.

А тут еще тысячи безработных, которые уже потеряли последнюю надежду и окончательно созрели для «решительных действий».

Карташков уже неоднократно пытался привлечь внимание правоохранительных органов к ситуации на дорогах. Недавно хотел организовать митинг дальнобой­щиков перед зданием областной ГИБДД.

Но вместо разрешения на проведение акции получил вызов в региональный центр противодействия экстремизму. Выяснилось, что заставлять милицию работать при помощи митингов и пикетов — это уже почти готовое уголовное дело. Тем не менее с мертвой точки ситуация сдвинулась.

В ГУВД организовали горячую линию для водителей, подвергшихся вымогательствам.

— Недавно милиция даже задержала нескольких бандитов, — рассказывает Кирилл. — Но пока борьба идет не слишком кровавая.

И милиционеров в чем-то можно понять: ведь большинство дальнобойщиков заявления по фактам нападений не пишут: заявление подразумевает определенные следственные действия, на которые требуется время, а времени у водил как раз и нет — слишком большие штрафы за задержку в рейсе. Поэтому большинство молча платят грабителям или пользуются услугами специальных сопровождающих.

Совет

Антикриминальные «эскорт-услуги» сейчас, пожалуй, самый быстрорастущий сегмент челябинского бизнеса. На стоянках при въездах в город можно встретить людей с мегафонами, предлагающих сопровождение фур.

Точно так же, как в Питере — экскурсии по Невскому, в Челябинске рекламируют безопасный проезд по «каменным джунглям».

В местных газетах множество объявлений примерно следующего содержания: «Охрана братишек на трассах, сопровождение от точки до поста».

Денису 24 года. Сопровождением дальнобойщиков по неспокойным дорогам Южного Урала он занимается чуть больше года. До этого таксовал, работал в фирме по установке окон.

— В общем, искал себя. Нашел на большой дороге, — улыбается Денис.

Его задача — встретить фуру на въезде в Челябинск, обеспечить безопасный проезд и разгрузку. Эксцессы бывают постоянно.

— Как-то одна из бригад подставила под нашу фуру свою машину. Забрали у водилы документы, требовали 25 тысяч рублей. Пришлось вызывать всех наших. Ситуацию разрулили. Сейчас уже полегче. Жулики-бандиты стесняются с нами разговаривать и быстро отваливают.

По словам Дениса, у нового поколения дорожных бандитов есть своя специфика. Это в массе своей нормальные люди. Они идут на разбой не из-за криминальных наклонностей, а в силу жестокой необходимости.

Многие из этих современных Дубровских выходят на большую дорогу мстить за утраченное благополучие, за невыполненные обещания, за погибшие надежды. Слово «справедливость» на пропуске-визитке, которую вручили Ринату, не случайно.

Но постепенно эти люди сливаются с низшими слоями криминального мира, и что получится в результате такого слияния — одному богу известно.

— Подлетают к фуре с молотками, грозят побить фары или стекло. Лом подставляют к радиатору, требуют деньги — две-три тысячи. Одна фара в пять раз дороже стоит.

Поэтому многие водители платят, — рассказывает Кирилл Карташков. — Недавно поймали на этом местных работяг. У них на заводе сокращенная неделя, неполный рабочий день, урезанная зарплата.

В общем, утром он в цеху, вечером — на трассе. И таких все больше.

Руководитель клуба дальнобойщиков уверен, что ситуацию на дорогах надо брать под жесткий контроль.

— Пока этот криминальный бизнес не организован, его еще можно искоренить. В противном случае, почувствовав безнаказанность, жулики пойдут крышевать ларьки, и мы окончательно вернемся в 90-е.

Пока же дорожные грабители понемногу расширяют территорию деятельности. Недавно нападениям подверглись дальнобойщики в соседней Курганской области. На машине вымогателей были челябинские номера.

Обратите внимание

В регионах, граничащих с Челябинской областью, милиция уже начала «воспитательную работу».

Освобож­дающимся из мест лишения свободы потенциальным бандитам доходчиво объясняют: узнаем, что вышел на дорогу, — загрузим по любой статье и снова закроем.

Фура Рината тормозит на стоянке на выезде из Челябинска. Здесь дальнобойщики отдыхают и обмениваются последними новостями. Кроме Рината в городе обобрали водителя из Омска. В обмен на деньги ему вручили визитку с надписью «Татарин». Это новый бренд на криминальном рынке, раньше о нем никто не слышал.

За столиком в придорожном кафе пожилой дальнобойщик рассказывает молодому очередную водительскую байку:

— Ну, он этих двух парней и решил подвезти. На трассе его подрезают какие-то отморозки и разводят на сто штук. Тут эти двое выпрыгивают из кабины, у каждого по стволу. Жуликов — мордой в асфальт, потом заставляют снять колеса с тачки, забрасывают колеса в фуру и едут дальше, а жулики остались на трассе без колес. И так бывает…

Точно так же, как в Питере — экскурсии по Невскому, в Челябинске рекламируют безопасный проезд по «каменным джунглям»

Байке, наверное, лет 15. Я ее слышал в начале 90-х. Тогда по местным дорогам вообще нельзя было проехать бесплатно, многие дальнобойщики выходили в рейс с оружием.

Эта байка — символ неугасаемой и в чем-то детской веры водителей в то, что на каждого плохого бандита обязательно найдется бандит хороший и зло все-таки будет наказано.

Но десять лет назад российские дороги от криминального беспредела зачистили не Робин Гуды, а обычные милиционеры с мизерной зарплатой. Тогда у них это получилось.

Читайте также:  Замена грм вольво хс90 2.5 турбо

Источник: http://expert.ru/russian_reporter/2009/19/kriminal/

Путин о дальнобойщиках. Дальнобойщики офигели. И я вместе с ними. Часть 1

?sell_off (sell_off) wrote,
2015-12-26 20:39:00sell_off
sell_off
2015-12-26 20:39:00Оригинал взят у rjadovoj_rus в Путин о дальнобойщиках. Дальнобойщики офигели. И я вместе с ними.

Часть 1Все собираюсь посмотреть пресс-конференцию Путина целиком, но никак времени не найду. А тут попался на глаза отрезок этого видео про дальнобойщиков (непосредственно о дальнобойщиках с 4 мин. 25 сек.).

https://youtu.

be/t5t2m3-99TI

Ну, я и не утерпел, посмотрел, поскольку это все же была моя почти профессиональная сфера применения своих сил.Вся его речь о дальнобойщиках примечательна во многих смыслах.Понимаете, одно дело слушать о каких-то вещах, в которых не смыслишь ни уха ни рыла, а другое дело, когда человек говорит о сфере, где ты все знаешь до мелочей. А тут столько разного он наговорил…

Ну никак не обойтись без комментария. Это, знаете ли, ровно тот случай, когда невозможно не написать.Об этом и расскажу. Изложу в виде разбора его стенограммы. Которую я не поленился сделать. Хочется же, чтобы люди поняли всю “прелесть” ситуации. Приступим.

Примечание: Весь текст, набранный жирным курсивом, это речь Путина от первого лица.

Текст обычный – мой (рядовой рус).

Все сборы, которые поступают от так называемой системы «Платон», все 100%, идут не кому-то в карман, они идут 100% в дорожный фонд Российской федерации. До последней копейки.

Я извиняюсь, но это, Владимир, Владимирович, неправда. Вот ссылка на реквизиты, по которым дальнобойщики перечисляют деньги. Для гарантии добавляю скриншот.

Примечание: для нерезидентов счет другой. Но тоже не дорожного фонда РФ, а “Платона”.

Стесняюсь написать, но это счет совместного предприятия. Совместного, по словам Путина, Ростехнологий с “частными лицами”. А не дорожного фонда РФ.

Да, сообщают, что вроде “Платон”, раз в сутки, должен эту выручку перечислять государству (например, на сайте самого “Платона” об этом написано). Может и есть такое в договоре. Я его не читал, потому что его никогда никому не покажут.

Но даже если и так, то в течение суток “щипнуть” (немножко “пошить”) от поступившей суммы – даже не раз плюнуть, а гораздо проще.

В условиях, когда президенту РФ, даже в его публичных заявлениях, верить можно, скажем так, только частично, с чего мне верить “Платону”?

И оттуда все эти сборы, до последней копейки, поступают на дорожное строительство в регионы Российской федерации. Хочу, чтобы вы это услышали. Первое.

Важно

Ну, тут проверить у меня средств и возможностей нету. Я обычный гражданин РФ. Остается верить президенту на слово. Что, после первой фразы, уже как-то затруднительно. Тем более, что он это точно знать не может.

Точно знать может, в созданной ситуации, только сам особо доверенный “Платон”.

Второе.

Откуда получает средства вот это совместное предприятие между Ростехнологиями и фирмой, которую представляют частные лица? Они получают эти деньги из бюджета. Напрямую.

Извините, Владимир Владимирович. Вы опять сказали, э, полуправду. Исходя из вышеприведенных реквизитов, это предприятие получает выручку от пользователей “Платона”, а также оплату за эксплуатацию системы из бюджета. Из двух источников.

По-моему, там сумма 10 миллиардов. На что… На ремонт этой системы, на поддержание ее в работоспособном состоянии, на развитие. Но что это значит (что они получают деньги из бюджета)? Это значит, что все может быть проверено.

В том числе и общественностью и счетной палатой, что чрезвычайно важно.

Извините. Вы доверяете “Платону” собирать с дальнобойщиков примерно 50 млрд рублей в год (сумма указана по словам без конца лгущего Автодора). Возможно, что на самом деле там гораздо бОльшая сумма. И тут же говорите, что будете проверять использование 10,5 млрд рублей оплаты из бюджета.

Это как-то странно. Что вы хотите этим сказать? Тут какие вообще варианты возможны?1) Вы не в курсе, что “Платон” получает основные деньги с дальнобойщиков? Тогда это некомпетентность.2) Вы в курсе этого получения, но считаете, что “Платон” по выручке от дальнобойщиков проверять не надо.

Это, мягко говоря, нелогично.Получается что на разные финансовые потоки – разная степень проверки. Деньги из бюджета проверять надо, а выручку от дальнобойщиков – не надо.  Это отсутствие логики.

Почему не сделать просто и незатейливо: а) создать не совместное предприятие, а ФГУП? б) реквизиты указать непосредственно дорожного фонда. Тогда деньги вообще не будут попадать в коммерческую фирму. И абсолютно всё будет подконтрольно бюджету.

Если кто-то считает, что эти расценки на содержание, на развитие завышены, пусть посчитают и предъявят. И это будет правильно: посчитать и предъявить. Это можно сделать.

Извините, Владимир Владимирович. Это неправда. Это нельзя сделать. Ни у кого в РФ нет исходных данных для таких расчетов. Их просто не дают и не дадут государственные структуры (а если и дадут кому-то, то проверить их невозможно).

Мало того, не опубликованы, несмотря на все коллизии с дальнобойщиками, никакие правительственные расчеты, обосновывающие так называемый “вред” дорогам. Может этих расчетов и нет в природе. Может и исходных данных нет. А ведь именно с этих расчетов надо начинать обсуждение. А не с расчетов и расценок “Платона”. Которые тоже почему-то не опубликованы.

Поэтому у меня, как у гражданина, вопрос: почему вы, которые нам как бы служат, нам же и не предъявляют свои расчеты, а требуют расчеты с нас? Вы же как бы специалисты. Вам за это громадные деньги платят. А вы нам фактически говорите, чтобы мы, граждане, сами расчеты сделали и вам доказывали, что вы неправильно свою работу делаете. Это, мягко говоря, странно.

С чего это мы должны делать вашу работу за вас? Причем вы за нее получаете столько всего, сколько сами захотели, а мы должны это делать сверх того колеса, где мы, по вашей милости, крутимся все, как известная белка.Если мы сами будем делать расчеты, тогда логично нам самим и решения принимать и их реализовывать.

И зачем тогда вы, многочисленные государственные служащие?

Деньги дохода от Платона так называемого компании, где находятся частные инвесторы и Ростехнологии, они туда не поступают! Я хочу, чтобы это было услышано.

Так мною и услышано. Ссылку и скрин я выше дал. Ваше утверждение не соответствует действительности.

Значит, откуда вообще взялась сама идея? Идея взялась в свое время, э, правительство генерировало эту идею. Почему? По двум соображениям.

Совет

Отметим, что президент РФ говорит, что идея принадлежит правительству РФ. А вот бывший президент РЖД Якунин говорит, что идея принадлежит крупным автоперевозчикам. И поддержана монополистами других видов транспорта.

Чтобы осуществить недобросовестную конкуренцию с частными перевозчиками. Об этой же недобросовестной конкуренции говорит и сам Путин, обосновывая повышение надоговой нагрузки на автотранспорт. И кому верить?

Первое.

Смотрите, во всех транспортных отраслях: авиация, река, море, железнодорожные перевозки, участники экономической деятельности платят налоги и плату за инфраструктуру, в том числе и на железной дороге.

В автомобильной отрасли налоги платят отчасти только за инфраструктуру. Только через акциз на бензин. Только отчасти. А в других отраслях полноценно платят.

Тут я, конечно, не могу опровергнуть или подтвержить его слова. Я не занимался мультиперевозками и не владею ситуацией с налогами по другим отраслям. Но возникает серия вопросов, как у гражданина РФ.1. Как получилось, что автоперевозчики получили какие-то льготы и платят не всё, что надо? Кто виноват?2.

Почему об этом вообще ни разу не говорилось нигде, ни в интервью чиновников ни в СМИ ни в экспертном сообществе? Почему об этом сказал только он и только сейчас, уже после введения в действие частного взимателя государственного сбора, по сути того, что раньше называлось откупщиком?3.

Почему в постановлении правительства 504 ни слова не говорится о том, что это будет сбор на поддержание инфраструктуры? Почему там четко написано, что это сбор с большегрузов за особое ими повреждение дорог?4.

Почему, если это сбор на поддержание инфраструктуры, берут сбор не со всех субъектов автобизнеса и не со всех дорог? Ведь если это общий налог, аналогичный налогам других отраслей, почему избирательно берут? В других отраслях что, берут налоги на инфраструктуру только с больших самолетов, а с малых не берут? Это бред какой-то, извините.5. Почему это все не оформлено налогом, как оформлено это в других отраслях, по словам самого Путина? Почему сбор? Почему откуда ни возьмись появилась частная коммерческая структура в качестве откупщика?6. Грузовики ездят на дизельном топливе, Владимир Владимирович. Не на бензине.

Это привело к тому, что часть грузов с моря, реки и железной дороги начало перекочевывать на автомобильные дороги. Возникло огромное количество грузовиков, которые негативно влияют на инфраструктуру.

Оно “возникло” уже к середине 90-х. И имеет много причин, не только финансовых. Но это никого не волновало до последнего времени. Брали транспортный налог и повышали акциз в составе дизтоплива. Много раз. Кроме этого, разработали аж четыре режима налогообложения. Которыми установили остальные налоги на транспортные организации и индивидуальных предпринимателей.

Обратите внимание

И никаких левых “идей” до 11 года не возникало. Я думаю, что если бы у государства действительно не хватало денег, выпустить постановление правительства о повышении акциза труда бы не составило. Оно не требует ни инфрастуктуры ни сложных систем расчета с бюджетом ни подавления волнений сотен тысяч людей.

Но нет, трудности, особенно в кризис, надо создавать, да?И лучше бы разобрались с играми вокруг возврата и зачета НДС. Что позволяет в автотранспортной области посредникам уводить себе от 40 до 70% денег, оставляя перевозчикам гроши.

Если бы перевозчики получали оплату непосредственно от заводов и оптовых баз, а не от десятого диспетчера, то они бы платили куда большие налоги и не задавали вопросов.Продолжение следует

Часть 2

Часть 3

Часть 4. Заключение

Источник: https://sell-off.livejournal.com/10139281.html

«В 90-е лучше было отдать деньги и ехать спокойно»: рассказ дальнобойщика

Геннадий Николаевич из тех людей, кого никогда не станешь называть просто по имени, если только вы вместе не съели пуд соли и не проехали те бесчисленные тысячи километров, которые за свою жизнь проехал он.

Геннадий Николаевич из тех, кого называют шоферáми. Это люди одной профессии. Они видели на дорогах абсолютно все и кое о чем могут рассказать. Они много курят и литрами пьют кофе.

Когда-то с чашки кофе и началось наше знакомство.

Его лицо избороздили морщины, а острый взгляд остался точно таким же, как и на фотографиях, которым много лет. Крепкое рукопожатие. Он пьет только эспрессо.

«Когда-то давно мой друг сказал мне: садись, поехали в рейс. Ну мы и поехали», — вспоминает Геннадий Николаевич.

Он умеет ездить, наверное, на всем, что заводится. И сможет починить все, что не заведется.

В 18 лет Геннадий Николаевич получил водительское удостоверение, работал в таксопарке, работал много где, пока не стал дальнобойщиком.

Вокруг рушилась империя, возникали новые государства и пограничные посты, а он колесил по атласу автомобильных дорог СССР. Проехал 90-е, пронеслись за окнами кабины 2000-е. Профессия, ставшая частью жизни.

«Включаем телевизор, говорят, в Таджикистане война. А нам туда мини-завод Coca-Cola везти…»

— Когда-то в 90-х позвонил Игорь, мой напарник. Говорит, поехали в Таджикистан. Мы не должны были идти в тот рейс, но так вышло.

Фура отправилась за две недели до этого, ее арестовали на границе с Россией (тогда она еще была) — что-то не то с документами. Двое водителей за это время в Смоленске прокутили практически все деньги, что им выдали на рейс.

Мне говорят: нужно помочь. Ну не вопрос. Сели на тягач, 29-й МАЗ, поехали за этой фурой.

Нашли ее на штрафстоянке где-то под Катынью: «голова» отдельно, прицеп отдельно. Пока цепляли фуру, местные нам порассказали, чего тут водители утворили — весь Смоленск гудел. Одного водилу мы, кстати, видели. Другой не объявился. Со всех денег у них осталось 800 долларов.

Важно

Мы с Игорем поскребли по карманам, насчитали еще тысячи полторы. И с этими деньгами отправились в поездку. Представляешь, до самого Куляба, что на границе с Афганистаном. Одно топливо сколько стоит! Ну ладно, ехать-то нужно.

Везли какому-то их князю мини-завод Coca-Cola: вся фура, 14 метров, была забита оборудованием.

Вышли 9 августа, вернулись 23 сентября. Полтора месяца горе мыкали.

Проехали Челябинск, через переход Петухово — Петропавловск вошли в Казахстан. Август, жара. Озеро Балхаш лежит слева огромным изумрудом. Смотрю: верблюд идет. Остановились. У дороги сидит девочка, у нее Polaroid. Говорю: «Сфотографируй, пожалуйста». А она мне: «Три тенге». Заплатили, что делать.

Доезжаем до Шу — это город в Казахстане. Дорога прямо. Я вижу по атласу, что другого пути нет. И висит знак «кирпич». Как такое возможно? Рядом человек, одет в штатское.

Читайте также:  Замена втулок стабилизатора ваз 2106

— Слушай, как проехать?

— Бакшиш, — отвечает. — Плати.

— За что платить? Смотри в атлас: куда я поеду?

— Сейчас ты отсюда вообще не уедешь, — и достает сверток с травой. — Приедет бригада, найдет у тебя это в грузовике. И все.

Что было делать — заплатили, поехали дальше. Так дошли до Узбекистана, въехали в Ташкент. Там были какие-то знакомые, встретили.

На границе узбеки в боевой выкладке. Говорят мне: «Куда ты едешь, там война!» А куда деваться? Выехали, стали в таможенной зоне. Приходят таджики с той стороны. На них цепи золотые с мой палец толщиной.

— Я Нурулло, командир бедняков, — говорит один. — С тобой хозяин хочет говорить.

Приходим к ним в какую-то бытовку. И старший начинает на меня кричать. Я ему отвечаю:

— Слушай, я сейчас на нейтральной полосе разворачиваюсь и еду обратно. Будешь потом этот заводик везти хоть на ослах, хоть на КамАЗах в свой Куляб.

Ну ладно. Они поутихли, дали нам сопровождение, гарантировали безопасность. Проехали Душанбе. На выезде из города повстречали БМП с российским флагом — миротворцы. Они нам: «Куда вы едете, белорусы, здесь война». А куда нам было деваться?

Совет

В дороге я уснул. Просыпаюсь оттого, что стоим. Гляжу: кругом люди с автоматами, танк посреди дороги. Наш Нурулло с ними о чем-то поговорил на местном, они куда-то отошли. И нас пропустили. Наутро въехали в Куляб. Только там наш провожатый рассказал, что произошло.

В Кулябе нас встречали по-княжески. Я плов научился есть. Ты думаешь, его руками едят? Нет. Отрываешь кусок тонкой лепешки и с помощью него берешь плов. Напоследок Нурулло сказал нам, что хочет что-нибудь подарить. Ушел куда-то и принес АКМ [автомат Калашникова модернизированный.

— Прим. Onliner.by]. Отказываться у них не принято, но я его кое-как убедил, что нам в Беларуси такой подарок не пригодится. Тогда он отстегнул рожок и дал нам два патрона на память. Выехав из Куляба, мы остановились, и я их выбросил от греха подальше. Как оказалось, правильно сделал.

На границе обыскали весь грузовик, чуть колеса не заставили бортировать, обшивку в кабине содрали — наркотики искали. Наконец выпустили.

На обратном пути загрузили в Узбекистане 23 тонны дыни. Остановились на поле рядом с рекой Сырдарья. Пока местные грузили дыню, Игорь, напарник, взял из кабины удочку, пошел рыбачить.

Спрашивает у местных: рыба есть? А те не знают ничего, плечами жмут. Ну он на кузнечика с полмешка из-под картошки и наудил. Сидим, жарим: у нормального дальнобойщика плитка, сковородка — все есть.

Приходят местные работяги:

— А где вы рыбу взяли?

— Вон у вас река, видишь? Вон там она живет.

Короче, накормили этих узбеков рыбой.

Как домой добрались — сам не знаю. Денег нет. На завтрак дыня, на обед дыня, на ужин дыня. В дороге встретили наших ребят, они лук везли. Дали им дыни, они нам лука подкинули, да что толку.

Температура +45 по Цельсию, марево над дорогой — воздух варится. Вдруг вижу перед машиной — яма широкая, глубиной, может, метр. Кричу: «Игорь, газу!» Как мы ее перелетели? Три оси у МАЗа и столько же у прицепа…

Ночью остановились в степи поспать. Вокруг никого, степь да степь. Только уснули — стук в дверь, гаишник. Откуда он там взялся, в степи? Что да как, документы спросил. Дали ему что-то, чтобы отстал: то ли денег, то ли он дыней взял — не помню.

Обратите внимание

Так и вернулись. Под Москвой уже, помню, тормозит инспектор. Я специально в луже остановился — он подойти не может. Открываю дверь и буквально кричу: «Ну что же вам всем нужно?!»

— Ты чего орешь?

— Да надоели! Из самого Куляба иду, ободрали как липку такие вот, сил никаких нет!

— Откуда ты идешь? Я в Афгане воевал, это ж на границе! Как тебя только занесло. Езжай, белорус, хорошей дороги.

Геннадий Николаевич смотрит на подъезжающие заправляться фуры. Машины сейчас другие, говорит, но и водители уже не те, почти не осталось старых дальнобойщиков.

— Молодежь такого не видела. Хлебнули мы в те годы по полной. А сейчас многие не остановятся на дороге, чтобы помочь, они не знают, что такое сочувствие, взаимовыручка. Пацаны оправдываются: «У нас время». Может, в этом и есть правда. Но понятие взаимопомощи и шоферского братства они подпортили.

Помню, проехал Волгу — порвался задний мост. Ну ладно, подцепили к другому грузовику, едем. А сцепка лопнула, и я задом с крутого подъема вниз покатился. Вначале подумал: надо прыгать. Затем посмотрел — никого. Решил побороться. Съехал ровно, а затем «воткнул» машину в снег на обочине. Сижу на корточках, курю возле кабины. Трясет всего.

Каждый, кто мимо проезжал, останавливался. Чем тут поможешь? Но хоть чем-то: сало несли, хлеб, консервы, сигареты.

А как мы за дороги платили, как эти визитки давали… Ты не знаешь? Ну послушай…

Как платили за дороги и как давали визитки

— Время было такое: узаконенный бандитизм. А еще банды щемили. Старая гвардия, кто еще остался на трассе, они все это помнят.

Воронеж, центр города. С двух сторон меня зажимают машинами. Останавливаюсь, говорят: платить надо за проезд — 50 долларов.

Дают визитку, бросаешь ее на стекло — и все, дальше путь свободен, ехали без опаски. И такое по России было везде.

В Казахстане пытались остановить какие-то братки на вишневой «девятке». Мы стали прицепом вилять, чтобы водитель нас не обошел. Я говорю Игорю: «Запусти его под прицеп, дождись, пока подъедет, а сам — в сторону». Тогда они отстали, поняли, что мы тоже кое-что можем.

В Тольятти остановили гаишники — тоже платить надо. Я ему протягиваю деньги, а он не берет, говорит: бросай в траву. Я кинул и поехал. Гляжу в зеркало: он подобрал, аккуратно в карман сунул.

Магнитогорск. За нами увязалась зеленая «семерка». Кое-как от нее ушли, останавливаемся возле поста ГАИ. Я говорю: «Что у вас здесь творится такое? Нас преследовали!»

В Беларуси, к счастью, такого не было. И россияне всегда говорили: «У вас хорошо. Захотел спать — остановился и спи, никто тебя не тронет». Хотя на брестской трассе, я слышал, из фуры немецкую краску украли. Парень на заправке заночевал под камерами и даже ничего не слышал. Наутро ехать, а машина стала значительно легче. Говорили, что работники заправки были с преступниками заодно.

Родился Геннадий Николаевич в Североморске. Отслужил на флоте, многие те принципы сохранил по жизни.

«Матрос либо делает, либо не делает», — сказал он как-то.

Важно

«Я не стал богатым человеком, потому что у меня не было такой цели. Но у меня есть то, что я хочу иметь. Я ездил сам: сначала работал на фирму, потом на себя. А чтобы заработать, нужно было нанимать водителей. Но сам из шоферóв, не хочу, чтобы из меня дурака делали», — говорит Геннадий Николаевич.

Между тем в иные времена деньги были. Возить грузы было престижной профессией, и некоторые водители платили валютой за то, чтобы песню Тани Овсиенко «Дальнобойщик» в ресторане перемотали и поставили еще раз.

Дипломатический груз

— Нас зафрахтовало украинское посольство — везти из Минска в Киев какую-то бытовую технику. Дали документ на желтой дипломатической бумаге: «Всем службам оказывать содействие в продвижении автомобиля…» С нами поехала сопровождающая из посольских — девушка Светлана.

Возле какой-то деревни на посту ГАИ нас остановили. Я показал документ, а какой-то гражданский требует страховку. Завели на пост, я гаишникам говорю:

— Вы бумагу видели? Сейчас у вас будут неприятности.

Смотрю, гаишники с поста потихоньку разошлись. А «штатский» заладил: «Меня это не интересует, нужна страховка». Пришла Светлана с папкой, показала ему какие-то бумаги.

Уж не знаю, что в них было, но этого «штатского» стало вжимать в кресло. Я оттуда и ушел, думаю, сами разберутся.

На выходе гаишники трутся, спрашивают: «Ну что там?» — «Ай, ребята, — говорю, — теперь не знаю. Хотите, зайдите сами посмотрите».

Ночью влетаем в Киев. Ну Днепр, Родина-мать со щитом. Единственный раз, когда я там побывал. Разгрузились где-то недалеко от Крещатика, получили расчет и назад. А в Чернигове остановился возле гаишника дорогу спросить:

— Пять гривен, — говорит.

— Держи.

— Смотри: на том повороте повернешь налево, проедешь двести метров и ты на месте…

Геннадий Николаевич поездил на многих машинах, каждую из них он до сих пор помнит.

— Недавно узнал, где моя Volvo ходит. В Несвиже ее видели, представляешь? Говорят, досмотренная, не хуже, чем у меня была. Только тягают на ней слишком много — угробят машину.

А начиналось все со старой IFA. В ней не работали приборы, на спидометре не было стрелки. Как-то разогнался на М2, возле Кургана Славы останавливает ГАИ. Инспектор говорит:

— Ты куда так спешишь?

— А сколько я ехал?

— 92 км/ч, — показывает прибор.

— Ого, так она еще ездит! Командир, понимаешь, в кабине приборы не работают, спидометр без стрелки…

Он давай хохотать, отпустил, в общем…

«Мишкин поцелуй»

— Четыре года подряд мне был новогодний подарок: накануне праздника в рейсе ломался задний мост. Помню, грузился 24 декабря у нас в Соснах конфетами «Мишкин поцелуй» — суфле такое в шоколаде. Ехать в Москву, с нами сопровождающий. Доходим до Угры [река в Смоленской области. — Прим. Onliner.by] — у меня рвется мост.

Ну что делать, время есть. Я говорю этому сопровождающему: дуй в Москву искать машину. Перегрузим, конфеты успеют доставить. Он поехал. Возвращается с каким-то грузовичком-«коротышом». Короче, перегрузили, что поместилось, а 60 с лишним коробок не влезли. Они уехали, а я остановил гомельских ребят, подцепили меня — и домой.

Привезли в Гомель, отцепили где-то в центре. Я остановил грейдер, который убирал улицу, говорю водителю: «Хочешь стать миллионером?» (Тогда у нас еще ходили миллионные купюры.

) Короче, оттащил он меня на стоянку у трассы на Минск, а я поездом в столицу, за запчастями. Вернулся, отремонтировал машину, поехал. В прицепе этот «Поцелуй» — хуже не придумаешь. Денег нет и бензина нет — вот-вот лампочка загорится.

Остановился в какой-то деревне, попросил солярки у тракториста. Тот ни в какую. Ну ладно.

Совет

Стою возле дороги с канистрой — идет навстречу «словак» [автопоезд со словацкими номерами. — Прим. Onliner.by]. Я без особой надежды махнул рукой — останавливается. Выходит такой крепыш с бородой.

— Добрый день, говорю, ты по-русски понимаешь?

— Конечно.

— Послушай, солярки нет совсем. И денег одни гроши. Продай сколько сможешь.

— Канистра есть?

— А как же.

А у него красавец DAF. Баки по 800 литров. Отлил мне канистру, денег не взял. Разговорились, его Павел зовут. Он закурил, а у меня ничего в кабине. Что делать: попросил сигаретку. Так он мне вынес из кабины пачку Camel. Это по тем временам!

— Павел, я не знаю, как тебя благодарить!

— Ничего не надо. На дороге всякое случается.

— Ты кофе пьешь?

— Конечно.

— Тогда вот тебе к кофе!

Я ему сколько смог схватить этих коробок с «Поцелуем» — столько отнес. Больше мне нечем было его отблагодарить.

Постскриптум

Свой грузовик Геннадию Николаевичу недавно пришлось продать. Времена изменились.

«Первую волну кризиса я еще как-то перетерпел, а вторую терпеть не было смысла. Также поступили многие мои друзья из старых дальнобойщиков. Имея по два грузовика, нельзя было заработать. За перевозку стали предлагать такие деньги, что не было смысла ехать. А без смысла это уже не работа», — замечает наш собеседник.

Изменились правила, сменились водители. Рынок заняли другие люди.

«Предприниматели с Комаровки решили заняться грузоперевозками, — мрачно сказал Геннадий Николаевич. — Они хотят ездить на новых машинах не дальше Москвы и на завтра возвращаться домой к молодой жене».

Он ни на что не жалуется. Работает, как и прежде, шофером. Только теперь на других машинах и в другой сфере.

«Жаль, что все меньше энтузиастов старого поколения, тех, кто любит эту профессию, как любили ее мы. Это же образ жизни. Пойми, это кайф от работы — он выше денег. Я не смогу тебе объяснить понятнее — это нужно пережить. Напиши так: профессия интересная, профессия хорошая — но ну ее в баню», — заключает Геннадий Николаевич.

Наборы инструментов в каталоге Onliner.by

Источник: https://auto.onliner.by/2017/01/13/dalnobojshhik-7

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector